Первый день покорения песчаных дюн Аугрии подошел к концу сразу же после захода солнца.
С наступлением полуночи приходит самое долгое из трех ежедневных «Песчаных времен». Если упорствовать и идти сквозь песок, пропитанный миазмами, можно не только подорвать здоровье, но и окончательно сбиться с пути.
Учитывая, что вдалеке даже не было видно их ориентира, Сторожевой Башни Плеяды, разумнее было провести ночь спокойно, восстанавливая силы и набираясь энергии для завтрашнего дня.
— «Кстати, поздновато спрашивать, но наша защита от зверодемонов работает, пока мы спим?»
— «Ну конечно же. Позволить деткам, которых я сама привела, кусать нас за задницы — это было бы так глупо, что даже не смешно.»
Узнав о свирепости зверодемонов в песчаных дюнах Аугрии, Субару стал немного... точнее, очень сильно осторожничать. Смеясь над его трусоватым поведением, Мейли гордо задирала нос.
Возможно, радуясь тому, что смогла доказать свою полезность, со времени инцидента с песчаным червем она пребывала в явно хорошем настроении. Субару тоже осознал, что ублажать её стоит даже с риском для жизни, поэтому впредь намеревался относиться к ней со всей серьезностью.
Как бы то ни было, наступила ночь.
Взяв за основу равнину с хорошим обзором посреди дюн, Субару и остальные начали приготовления к защите от песка вокруг драконьей повозки. Впрочем, масштабных приготовлений не требовалось.
Если не считать нагрузки на одного человека, сам метод был предельно прост.
— «Ну что ж, Эмилия-тан. Я всё время только и делаю, что полагаюсь на тебя, но прошу.»
— «Ага, отойди немного. — Вот так!»
Эмилия с довольно забавным выкриком применила магию, действуя так же, как при возведении ледяной башни. И вот, словно укрывая остановившуюся повозку с восточной стороны, образовалась ледяная стена, которая должна была служить защитой от песчаного ветра, полностью блокируя песок.
О том, что лед растает, можно было не беспокоиться, к тому же это была неплохая защита от мелких зверодемонов. Единственной проблемой было то, что визуально и физически становилось холодно, но если закрыть на это глаза, эффект ожидался более чем достаточный.
— «Мне всё же не по себе от того, что мы продолжаем полагаться на силу Эмилии.»
— «Всё в порядке. Я же говорила? Субару и Юлиус так стараются, пока мы в пути. К тому же, я уже упоминала, что чувствую себя про-о-осто отлично.»
— «Обычно людей начинает тошнить, так что это тоже кажется довольно опасным симптомом.»
Эмилия согнула руку в локте, демонстрируя бицепс вздохнувшему Юлиусу, который смотрел на ледяную стену. Покосившись на её мягкие белые предплечья, Субару подумал, что ему нужно внимательнее следить за состоянием Эмилии.
На самом деле, воздух в дюнах, пропитанных миазмами, обладал своей специфической «тяжестью».
Эта тяжесть как-то воздействовала и на тело Субару, а немногословность Беатрис и Юлиуса, вероятно, тоже была вызвана её влиянием. То, что Анастасия и Рам сидели в повозке тихо, возможно, тоже как-то с этим связано.
Напротив, хорошо себя чувствовали только двое: Эмилия и ничуть не изменившаяся Мейли.
Трудно было представить, что у них есть что-то общее, но раз влияние проявлялось столь радикально, не стоило терять бдительность. Честно говоря, хотелось бы поскорее выбраться из этих дюн.
— «Спешка ни к чему. Хоть я и могу понять твое желание поскорее продолжить путь.»
— «...»
Юлиус обратился к Субару, который молча смотрел на восточное небо, прегражденное льдом. Почувствовав, что его мысли прочитали, Субару фыркнул и повернулся спиной к ледяной стене. В этот момент подошедшая к нему Патраш ткнулась мордой ему в плечо.
Одно за другим, с кривой усмешкой подумал Субару.
— «И ты тоже пытаешься меня успокоить?»
— «Я вовсе не собиралась этого делать, я полагаю. И не то чтобы меня опередили.»
Прижавшись к его спине и многозначительно глядя на него снизу вверх, Беатрис отвернулась.
Неужели его раздражение настолько очевидно? Субару почесал затылок. Взглянув на Эмилию, он увидел, что она тоже смотрит на него нежным взглядом, а когда их глаза встретились, она легонько помахала ему рукой.
Внезапно смутившись, Субару хлопнул в ладоши.
— «Так, благодаря Эмилии-тан у нас есть ночлег, теперь давайте готовиться к завтрашнему дню. «Песчаное время» закончится к рассвету, так что до тех пор...»
— «До этого нам нужно провести лечение Рам.»
— «А, точно. Да. Тогда, Эмилия-тан и Беако, рассчитываю на вас.»
Эмилия остановила его, когда он быстро затараторил, пытаясь сменить тему, напоминая о ежедневной процедуре. На просьбу Субару Эмилия и Беатрис кивнули, и лечение началось, пока мужская половина команды оставалась снаружи.
Кстати, почему же лечение начинается после того, как Субару и Юлиус выходят на улицу —
— «...Нх.»
Даже через дверь по слабо доносящимся звукам было понятно, что лечение началось.
Сдерживающий боль, немного лихорадочный, дрожащий голос принадлежал Рам. Внутри драконьей повозки появилось слабое свечение, и началось лечение с использованием маны всех четырех элементов.
То, как Рам принимала ману через шрам от потерянного рога, выглядело болезненно, но в то же время в этом было что-то завораживающее.
Поэтому, с тех пор как в первый день мужская часть группы стала свидетелями этой сцены, они отказывались присутствовать при лечении.
— «Опять же, я совершенно не понимаю логики Розвааля, который пытался заставить тебя делать это.»
— «В каком-то смысле, это несомненно почетная роль. Госпожа Рам мила и очаровательна. Однако, учитывая, что совершенно очевидно, на кого именно она смотрит, я не могу искренне этому радоваться.»
— «Розвааль наверняка понимает это, так почему он так поступает... И почему в таком случае Рам продолжает терпеть подобное отношение?»
— «Человеческие связи не всегда можно оценить со стороны. Тем более, когда речь идет об отношениях мужчины и женщины. Если утрировать, то и нашу с тобой первую встречу вряд ли можно назвать удачной. По крайней мере, я и подумать не мог, что однажды мы будем стоять плечом к плечу в столь опасном для жизни путешествии.»
— «...Ну, это да.»
Услышав доносящиеся из-за спины стоны, Субару слегка покраснел и потер нос.
Юлиус сидел с невозмутимым лицом, но для наивного юноши это было слишком сильным испытанием. И всё же нельзя было отходить далеко, чтобы опасные зверодемоны не учуяли их. Ничего не поделаешь. Это было необходимостью.
— «Ну надо же, прямо вижу душевные терзания Нацуки.»
— «Уоа-а-а-а?!»
Субару, который тихо прислушивался, подпрыгнул, когда ему в ухо внезапно подули. Потеряв равновесие и покатившись по песку, он увидел Анастасию, которая обошла повозку сзади. Юлиус, который было напрягся из-за паники Субару, расслабился, увидев её, и посмотрел на барахтающегося парня.
— «Не слишком ли бурная реакция? Словно ты думал о чем-то непристойном.»
— «А? Ни о чем непристойном я не думал! Э-э, я вообще не понимаю, о чем ты. Совсем не понимаю. Абсолютно ничего не понимаю. Анастасия, так что тебе нужно? Я весь во внимании!»
— «Не слишком ли плохо ты пытаешься отмазаться? Ну ладно. Нацуки может и интересует то, что происходит внутри, но нам нужно поговорить о важном.»
Проигнорировав презрительный взгляд Юлиуса, Субару показал Анастасии большой палец вверх. Усмехнувшись его реакции, Анастасия топнула сапогом по песку.
— «Уф, как тяжело ходить. И как вы с Юлиусом это терпите.»
— «Мы тренируемся. Хоть я и не могу сказать, что именно для этого.»
— «Когда земля под ногами неустойчива, не нужно наступать медленно, пытаясь проверить её. Нужно шагать довольно энергично, полагаясь на твердость подошвы. Это стиль Клинда.»
Это была основа техники бега по бездорожью, которой Субару обучил универсальный дворецкий Клинд во время занятий паркуром.
Анастасия, казалось, впечатленная его словами, кивнула, а затем оттянула воротник своей мантии, открыв спрятанную нижнюю половину лица. Она глубоко выдохнула.
— «Я всё понимаю про песок, но тут прямо-таки задыхаешься. Хотелось бы поскорее добраться до места, где нет песчаного ветра, и сделать глубокий вдох.»
— «Согласен. И еще я хочу в ванну. У меня уже вся голова в песке.»
Теперь стало понятно, почему жители пустынь носят на голове тюрбаны.
Защита от песка, а также от жары и холода. Образ жизни людей в таких суровых условиях, естественно, был продиктован логикой. Субару тоже замотал голову тканью, но этого оказалось недостаточно.
— «Насчет ванны тоже согласна. Было бы здорово, если бы в доме Мудреца оказалась ванна.»
— «...Видимо, вы не в курсе таких подробностей, я правильно понимаю?»
— «Может, Ехидна и знает дорогу, но это не значит, что мы сами когда-либо заходили туда.»
Анастасия еще ниже оттянула воротник мантии, показывая лисий шарф, который она никогда не снимала. То, что Ехидна станет их проводником в этом путешествии, было главной предпосылкой.
Не было смысла подозревать её, но всё же хотелось прояснить некоторые детали.
— «Важный разговор — это, я так полагаю, о наших дальнейших планах?»
— «Разумеется.»
— «Слушаю вас предельно внимательно.»
Субару и Юлиус приготовились слушать Анастасию, которая гордо выпятила свою плоскую грудь. В ответ на это Анастасия с важным видом обернулась к драконьей повозке.
— «С сегодняшнего дня мы ночуем внутри повозки... но вам, мальчикам, придется спать на передних сиденьях. И даже не думайте распускать руки, только потому что оказались в тесном закрытом пространстве с девушками.»
— «Хватит уже этих разговоров!»
— «Эй, я просто хотела разрядить обстановку... ну да ладно.»
В конце концов, даже если они будут ночевать в одной комнате, сейчас это уже не имело значения. Он и так прекрасно осознавал отсутствие у себя смелости, равно как и отсутствие бдительности у собеседниц.
Как бы то ни было, оставив внутренние крики Субару без внимания, Анастасия перешла к сути.
— «Сегодня мы весь день шли к Сторожевой Башне... Каковы ваши впечатления?»
— «Впечатления... честно говоря, особых результатов нет.»
Склонив голову над вопросом, Субару вспомнил прошедший день.
Прибыв в песчаные дюны Аугрии в полдень и переждав утреннее «Песчаное время», Субару и остальные потратили почти полдня на продвижение вперед. Преодолев дневное «Песчаное время», они оказались в нынешней ситуации на закате. Что касается их достижений к этому моменту —
— «Башня оказалась идеальным ориентиром, плюс метки обратного пути, о которых я попросил Эмилию-тан. А еще сила Мейли оказалась мощнее, чем мы думали. Пожалуй, это все наши успехи?»
— «Благодаря предварительной подготовке и находчивости Субару, наша защита от «Песчаного времени» идеальна. Однако проблема в Сторожевой Башне Плеяды, а точнее в том, что пути к ней не видно... не так ли?»
— «Не видно пути?»
Субару нахмурился: вывод Юлиуса, который продолжил его мысль, в корне отличался от его собственного. Юлиус со вздохом посмотрел на него: «Неужели ты не заметил?».
— «Действительно, до сих пор наше путешествие протекало гладко, без каких-либо заметных проблем. И я согласен с тем, что всё будет хорошо, если ситуация не изменится.»
— «Хватит ходить вокруг да около, это дурная привычка. Говори прямо и по делу.»
— «Тогда буду краток. — Субару, разве ты не замечаешь ничего странного в башне?»
— «...»
Субару затаил дыхание от спокойного вопроса Юлиуса.
Затем он уставился на Сторожевую Башню — грандиозное строение, которое виднелось сквозь ледяную стену и даже ночью отчетливо заявляло о своем присутствии.
Даже после того, как Юлиус указал на странность, Субару не видел ничего необычного в Сторожевой Башне. Весь день он не отрывал от неё глаз, и она должна была оставаться такой же, какой была с момента их прибытия в дюны.
— Ничего не изменилось... по идее.
— «...?!»
— «Кажется, ты понял. Башня явно не становится ни ближе, ни дальше. Мы шли к ней без остановки... но расстояние ничуть не сократилось.»
После слов Юлиуса Субару наконец-то осознал эту аномалию.
Сторожевая Башня Плеяды вдали оставалась всё такой же огромной, её невозможно было упустить из виду. И она продолжала стоять там, ничуть не меняясь в размерах.
— «Да ладно...»
— «Субару, я понимаю твое смятение. Но возьми себя в руки...»
— «Значит, весь тот путь, который мы сегодня с таким трудом прошли, перепачкавшись в песке, был напрасным?! Это прохождение слишком муторное!»
— «...Что?»
Юлиус осекся, когда Субару пнул песок под ногами и повысил голос. На глазах у растерянного Юлиуса Субару присел на корточки, зачерпнул горсть песка и надул губы.
— «Эй, эй, эй, вы серьезно? Как только я об этом узнал, на меня сразу навалилась усталость. Узнать, что все наши старания были впустую — это просто удар ниже пояса. Уа-а, хуже не придумаешь.»
— «Похоже, морально тебе не так уж и тяжело, как я ожидала.»
— «Куда ты смотришь?! Я же так страдаю! Я жутко подавлен и чувствую себя просто отвратительно. Если ты тоже заметила, могла бы сказать и пораньше!»
— «Я решил промолчать, пока не буду полностью уверен. Не хотел тебя расстраивать.»
— «Вечно вы так...»
Субару выбросил песок из рук и, отряхнув их, поднялся. Он с возмущением посмотрел снизу вверх на Юлиуса, который слегка опустил голову.
— «Вы можете перестать разыгрывать эту таинственность? Я не буду злиться, если вы поделитесь своими мыслями, даже если они просто пришли вам в голову! Более того, из этого мы могли бы найти зацепку. Что это за ваше отношение: «Я оставлю это в секрете»? Неужели от этого хоть раз становилось лучше? По крайней мере, в моем случае молчание никогда ни к чему хорошему не приводило!»
— «А, да, прости.»
— «Говорите мне сразу, даже если это какая-то мелочь. Я уже говорил это Рам, у которой просто непроходимый характер. Мне что, всем по очереди это объяснять?»
Субару был поражен тем, насколько плохо у них обстоят дела с базовой коммуникацией, а Юлиус выглядел так, словно и впрямь раскаивался. Осознав, что ему редко удается взять верх над «Рыцарем из рыцарей», Субару попытался найти хоть какие-то плюсы в этой массе проблем и повернулся к Анастасии.
— «И, я так понимаю, у тебя есть идеи насчет этого явления?»
— «Я сожалею, что не объяснила всё сразу... но, скорее, я тоже сомневалась и только сегодня смогла убедиться. Было бы здорово, если бы ты посмотрел на это с такой стороны.»
— «В следующий раз говори мне уже на этапе сомнений. На этом всё. Так, что происходит?»
Субару прищелкнул языком, недовольный тем, что Анастасия начала с оправданий, и поторопил её. Тогда Анастасия, предварительно сказав «Я хочу, чтобы ты выслушал, не удивляясь», начала:
— «Эта песчаная равнина между дюнами и Сторожевой Башней... скорее всего, пространство здесь искажено.»
— «Пространство искажено...?»
— «Иными словами, всё не так, как кажется, и пространство здесь не соединено напрямую. Даже если мы продолжим идти прямо, то, вероятно, никогда не доберемся до цели.»
Субару стоял с открытым ртом, пока Анастасия беззаботно излагала шокирующие факты. Поскольку она делала вид, что услышала это от Шарфа-Ехидны, было очевидно, что Анастасия, то есть Ехидна, знала об этом с самого начала.
— «Значит, вот почему ни Рейнхард, ни другие смельчаки так и не смогли туда добраться.»
— «Цель-то вот она, прямо перед глазами. Остается только сократить дистанцию... Тем более, если они отчаянно пробивались сквозь логова зверодемонов, им наверняка нестерпимо хотелось сделать этот последний шаг.»
— «...»
Субару живо представил себе отчаяние авантюристов, которые погибали на полпути, хотя их цель была так близка.
Препятствие, которое мешает всем стремящимся к Сторожевой Башне, заставившее сдаться даже Рейнхарда. Искаженное пространство и конец песчаного моря, до которого невозможно дойти — так вот в чем фокус.
— «И как нам это разрушить?»
— «...Разговоры о том, как это разрушить, могут быть немного неуместны. Это природная ловушка, созданная миазмами. Здесь нет никаких искусственных сил.»
— «Природная ловушка?! Вот это?!»
В крайне редких случаях природа сама по себе создает ловушки, в которых, кажется, кроется злой умысел.
Миражи, часто встречающиеся в пустынях, или заснеженные дороги, ведущие к обрывам в снежных регионах. В более широком смысле, даже бездонные болота или приливы и отливы могут забрать человеческую жизнь.
Однако существование этой Сторожевой Башни...
— «Это ловушка, подготовленная природой? Как по мне, это слишком.»
— «Сторожевую Башню Плеяды изначально построили в месте, где происходят подобные явления. Если подумать так, то всё вполне логично. И это имеет смысл.»
— «Имеет смысл? Какой в этом смысл?»
— «Не забывай. Дюны ведут к Сторожевой Башне, но за дюнами находится не только она. И вообще, для чего нужна Сторожевая Башня?»
Юлиус урезонил Субару, чей тон стал более резким, и заставил его задуматься. Ответ на этот вопрос всплыл в голове мгновенно. Цель Сторожевой Башни — печать «Святилища Ведьмы».
И ловушка непреодолимых дюн будет служить чрезвычайно эффективным сдерживающим фактором для Культа Ведьмы, стремящегося возродить «Ведьму Зависти».
И с этой точки зрения упрекать в этом кого-либо нельзя.
— «...Понятно! Ладно, почему и с какой целью там построили эту башню, сейчас неважно. Проблема в другом. Как нам преодолеть это искаженное пространство?»
— «Ты же понимаешь, что устранить саму причину невозможно? Эта земля просто такая.»
— «С этим я смирился. Климат и местные особенности я понял. Теперь давайте искать слабое место. Раз уж вы вызвались быть проводниками, она ведь есть, так? Лазейка.»
— «Без этого мы бы тут и не разговаривали... Хоть и сложно назвать это лазейкой.»
Анастасия криво усмехнулась упорству Субару и снова приняла важный вид. Затем она кивнула Субару и Юлиусу, которые внимательно за ней наблюдали, и сказала:
— «Во время этого «Песчаного времени» должен быть момент, когда пространство, ведущее к Сторожевой Башне, открывается. Пройдя через него, мы попадем в настоящее песчаное море. Это и есть условие для прохождения.»
— С началом следующего дня попытки прорваться через дюны сопровождались целой чередой невероятно сложных ситуаций.
Условия пути к Сторожевой Башне, озвученные Анастасией, были доведены до всех. Это означало, что бóльшая часть времени до наступления «Песчаного времени» превратится в пустое ожидание, и ожидалось, что им придется нелегко в поисках занятия.
Однако эти опасения развеялись...
— «Даже когда наступит то самое «Песчаное время», всё зависит от удачи, сможем ли мы добраться до разрыва в пространстве. Если подумать, то нет ничего плохого в том, чтобы не сидеть на одном месте.» — «К тому же, если мы будем долго оставаться на одном месте, местные зверюшки могут запомнить наш запах. Со мной-то всё будет в порядке, но если вдруг вы от меня отстанете, они будут преследовать вас до конца света.»
Благодаря мнениям Анастасии и Мейли этот вопрос был решен.
Мнение первой звучало немного неубедительно, но мнение второй было связано с реальной угрозой для жизни. Об этом не хотелось лишний раз думать, но закрывать глаза на опасность — это просто трусость. Истинная храбрость ценна именно тем, что человек смотрит в глаза своему страху и всё равно идет вперед.
— «Правда ведь, Эмилия-тан?»
— «...А? Да, верно.»
— «Эмилия. Не стоит воспринимать его так серьезно. У него сейчас идиотское лицо.»
Они периодически перебрасывались словами с теми, кто был в повозке, и даже узнав, что вчерашний поход оказался напрасным, их мотивация не упала.
Еды и воды, заготовленных в Мируле, было предостаточно. Влияние миазмов смягчалось духовной магией Эмилии и Беатрис, так что хотелось верить, что поводов для беспокойства нет.
— «На самом деле, то, что мы не знаем, сколько дней это займет, только добавляет стресса.»
— «Субару, если в рот попал песок, не глотай его, а выплевывай. Пусть его и немного, но это песок, пропитанный миазмами, я полагаю. Если относиться к этому легкомысленно, потом пожалеешь.»
Беатрис сделала замечание Субару, который уже совсем привык к вкусу песка во рту и потерял бдительность. Беатрис, которая во время езды на драконе по-прежнему сидела в объятиях Субару, достала из-за пазухи флягу с водой.
— «Вот, прополощи рот. Раз мы не можем принять ванну, держи хотя бы рот в чистоте, я полагаю.»
— «Да, да... Кстати, ты ведь остаешься чистой даже без купания.»
— «Бóльшая часть тела Бетти состоит из маны. Естественно, я всегда поддерживаю чистоту, я полагаю. Для Бетти быть милой в любое время и в любом месте — это само собой разумеющееся.»
— «Да-да, очень мило, очень мило.»
Беатрис надула щеки из-за столь небрежного ответа Субару, но он лишь погладил её по голове и поиграл с её локонами-спиральками, запрятанными под мантию. Сегодня они были заплетены в косички.
— «О, снова стая зверодемонов. ...Когда они так держатся на расстоянии, то кажутся обычными животными.»
— «Если ты отойдешь от меня и приблизишься к ним, братик, они тебя мигом сожрут. Удивительно, но все здешние животные так и пялятся на тебя.»
Подведя Патраш ближе к повозке, Субару посмотрел на стаю зверодемонов, собравшихся в стороне от их пути. Мейли с искренним недоумением посмотрела на Субару и пробормотала: «Странно».
Похоже, она не чувствовала «Остаточного запаха Ведьмы», который окружал Субару. Субару думал, что этот запах той же природы, что и миазмы, но, видимо, правда так и останется тайной. В любом случае, этот запах не исчез с Субару, как не исчезла и его способность притягивать зверодемонов.
— «О, а это часом не те старые знакомые зверодемоны? Рам, посмотри-ка!»
— «Мне крайне неприятно, что ты говоришь о них как о каком-то приятном воспоминании. И у Рам, и у Барусу остались только воспоминания о том, как нам тогда досталось.»
Стая демонических псов, наблюдавших за ними издалека, была сородичами тех зверодемонов, которые напали на старый особняк Розвааля. К внезапно воодушевившемуся Субару отношение Рам было колким и холодным.
— «Не говори так. Они, так сказать, стали свахой в отношениях между мной, тобой и Рем. Если бы не они, я бы не стал тем, кем являюсь сейчас. Если подумать об этом с такой стороны, то наши отношения с ними не так уж и плохи... Да нет, плохи! Они же отстойные!»
— «Хватит сначала заводиться, а потом самому же остывать. Смотреть на это жалко, слушать — печально, а думать об этом — просто тоскливо.»
При виде стаи зверодемонов всплыли мучительные воспоминания годичной давности. Вздохнув, глядя на распаляющегося Субару, Рам быстро закрыла окно повозки и оборвала разговор.
Жаль, но тут ничего не поделаешь. В памяти Рам события годичной давности переписались таким образом, что они с Субару решили ту проблему вдвоем, без участия Рем. На самом деле непонятно, как они могли победить стаю зверодемонов без Рем, но изменение памяти, видимо, заставляет не замечать этих нестыковок.
Если воспоминания о Рем вернутся к Рам, недостающие части встанут на свои места, и разговор пойдет в правильном русле. Но Субару казалось, что и тогда к нему отнесутся всё так же враждебно.
— «Уо-о-о! Это «Песчаное время» просто жесть! Это «Песчаное время» — это что-то с чем-то! Песчаный ветер — просто катастрофа!»
— «Я-я постаралась сделать максимально прозрачный лед, но если ничего не видно, скажи мне, ладно?!»
— «Всё уже совсем плохо! Миф о всемогуществе льда разрушен!»
С наступлением того самого «Песчаного времени» они ринулись навстречу песчаному ветру, пытаясь найти искажение пространства, ведущее к башне, но ярость песка оказалась гораздо сильнее, чем они могли себе представить.
Особенно большим просчетом стало полное поражение ледяной стены, которая до сих пор так надежно поддерживала Субару и остальных в их приключении.
— «Несмотря на эту стену изо льда, песок к ней так прилипает, что впереди абсолютно ничего не видно! Да и ветер настолько сильный, что принимать его на такую широкую поверхность льда — это чистое самоубийство!»
— «А?! Что?! Субару, ты что-то сказал?! Я ничего не слышу!»
— «Ветер настолько сильный, что это самоубийство!!»
— «А?! Ты хочешь умереть?! Нельзя! Не сдавайся!»
— «Я не об этом... Гуа-а-а-а!! Мне зверски насыпало песка в глаза!!»
— «А?! Что ты сказал?! Повтори еще раз! Субару? Субару!»
— «Просишь повторить еще раз, что за спартанские методы... гуа-а-а-а!!»
— «Субару?!»
Шквальный песчаный ветер теперь больше напоминал настоящую песчаную бурю.
Субару и остальные боролись с бурей на полном серьезе, но их перепалка походила на сценку из комедии.
Держать даже тонкую ледяную пластину, предназначенную лишь для защиты от песка, при встречном ветре было самоубийством. Гораздо эффективнее было полностью обмотаться тканью и сжаться в комок вместе с наземными драконами, чтобы уменьшить площадь сопротивления ветру.
Однако слабым местом этой тактики было...
— «Держись! Давай, Джаян! Вся надежда только на твою лошадиную силу!»
— «...»
Наземный дракон, которому приходилось прорываться прямо сквозь встречный песчаный ветер. Прошло уже несколько дней с начала покорения дюн, и зародившаяся связь выразилась в этом имени.
Короче говоря, наземному дракону породы Гайрас, который тянул повозку, дали имя «Джаян».
И усилия этого Джаяна были ключом к прорыву сквозь песчаный ветер. Ведь драконью повозку, в которой ехала женская половина группы, никак нельзя было сжать или сделать меньше, чтобы сопротивляться ветру.
В итоге не оставалось ничего иного, кроме как Джаяну изо всех сил, не уступая ветру, тащить повозку вперед.
— «Мне не по душе заставлять наземного дракона перенапрягаться... но сейчас мы полагаемся только на тебя.»
— «Дава-а-ай, постарайся! Я не хочу снова возвращаться в эту бесконечную песчаную пустошь.»
Юлиус, сжимавший поводья, и сидевшая рядом с ним Мейли тоже подбадривали Джаяна.
Именно потому, что они больше всех наблюдали за усилиями Джаяна вблизи, они могли с такой верой в его скрытые силы бросать ему слова поддержки.
— «...»
Из-за ветра они не могли даже приоткрыть окошко, но можно было не сомневаться, что Эмилия и остальные внутри повозки с тревогой молятся за них.
В качестве хотя бы какой-то защиты от песчаного ветра Эмилия немного изменила повозку с помощью льда. Если бы они просто установили ледяную пластину спереди, она защитила бы от песка, но не выдержала бы напора ветра.
Тогда Субару в качестве вынужденной меры предложил создать крылья, отводящие ветер, и придать конструкции острую форму — образ копья, яростно вонзающегося в ветер.
— «Это применение модификаций из игрушечных машинок 4WD. Облегчить конструкцию за счет удаления деталей мы не можем, это было бы самоубийственно, но мы сделали всё, что в наших силах. Давай, вперед, Гунгнир — пронзай!»
— «...!»
Словно откликаясь на крик Субару, Джаян яростно рванул вперед. Драконья повозка, превратившаяся в единое копье, прорывалась прямо сквозь набегающий ветер — всё дальше и дальше.
В конце концов повозка, носящая имя божественного копья, вонзилась в рану, проделанную ею же в ветре, рассекла песчаную бурю и прорвалась насквозь...
— «...»
В тот момент, когда они вырвались из песчаного ветра, на Субару обрушилась пугающе пронзительная тишина.
Ветер, так шумевший в ушах, песок, бивший по телу, словно сдирая кожу, миазмы, пробуждавшие зверодемонов — всё это исчезло, словно было лишь иллюзией.
— «...»
Обычно конец «Песчаного времени», конечно, наступает внезапно, но всегда оставляет после себя некое послевкусие.
Ветер, несущий песок, постепенно ослабевает и в итоге медленно отступает, подобно морской волне, оставляя после себя лишь характерный запах песка.
Однако в этот раз ничего подобного не было. И это служило доказательством того, что нынешнее окончание кардинально отличалось от тех, что происходили с «Песчаным временем» раньше.
— «...»
Почувствовав жажду во рту, Субару обернулся.
И увидел Юлиуса и остальных, которые, как и он, в оцепенении смотрели по сторонам, вырвавшись из бури. Естественно, Джаян и драконья повозка тоже были здесь.
— «...Юлиус.»
— «Да.»
Застывший Юлиус кивнул в ответ на зов Субару. Затем, не сговариваясь, они подняли руки и крепко сжали кулаки, празднуя прорыв сквозь «Песчаное время».
Рядом с Юлиусом Мейли отряхивала песок с одежды и хвалила Джаяна. Джаян, несомненно, заслужил высшую награду в этом путешествии.
Его нужно было от всей души поблагодарить, приласкать и наградить... Вот только,
— «Сейчас самое главное! Мы прорвались! Мы сделали это! Сдела...»
— «Эй! Ты всё это время так громко кричал мне прямо в ухо, я полагаю!!»
В челюсть ликующего Субару снизу вверх прилетел удар ладонью Беатрис.
От этого великолепного удара у Субару потемнело в глазах, он перевернулся и беззащитно рухнул со спины Патраш прямо на песок. Увязнув головой в песке и набрав его полный рот, Субару мгновенно вскочил и набросился на Беатрис с упреками.
— «Ты что творишь?! Человек только хотел как следует порадоваться, а ты тут вдруг такое устраиваешь! Я от неожиданности столько песка проглотил!»
— «Ты держал Бетти в объятиях, но вопил, как ненормальный! Какие-то там даунберсты, оффроуды, дженешифты, пылающие души... Я вообще ничего не поняла, я полагаю! У меня до сих пор в ушах звенит!»
Сидя на Патраш, Беатрис продолжала яростно протестовать против действий Субару.
У Субару было что возразить, но он не мог отрицать, что слегка перевозбудился и кричал всякие случайные термины. Ну что еще за Гунгнир?
— «Кхм... в общем, мы благополучно прорвались сквозь «Песчаное время». Давайте для начала просто порадуемся этому. Ура-а!»
— «...Ура, я полагаю.»
Независимо от надувшегося вида Беатрис, они несомненно преодолели песчаную преграду.
Субару погладил по шее свою любимую дракониху, Патраш, которая отлично потрудилась, и поблагодарил её за отвагу: на её благородной морде не было и следа усталости.
После этого Субару подбежал к драконьей повозке, намереваясь разделить с остальными свою радость...
— «...Братик.»
— «А? В чем дело? Могла бы хоть немного порадоваться...»
— «Замолчи.»
Мейли окликнула бежавшего к ним Субару, и когда он обернулся, она резко оборвала его.
В её голосе звучала явная тревога и ощущение опасности.
— Субару был не настолько глуп, чтобы неправильно понять, что это означало.
— «...»
Мейли кивнула замолчавшему Субару, приложив палец к губам, и свободной рукой очень медленно указала прямо перед собой.
Субару, Юлиус и Беатрис проследили за движением её пальца и посмотрели вперед.
Они прошли сквозь песчаный ветер «Песчаного времени» и преодолели искаженное пространство песчаного моря, ведущее к Сторожевой Башне.
Поэтому силуэт Сторожевой Башни, возвышавшейся перед ними, стал явно больше и четче, чем раньше.
Можно было сказать, что реальное расстояние до цели наконец-то обрело смысл.
Однако...
— «...Что это такое?»
Перед Субару и остальными раскинулось пестрое цветочное поле, сплошь покрывавшее песчаную землю на пути к Сторожевой Башне.