— Переговоры увенчались успехом. Старик Ром, держа в руках сотовый телефон, подтвердил это. Однако...
— «Я могу лишь организовать тебе встречу с Фельт для переговоров. А дальше, насчёт обмена этого магического устройства на эмблему, договаривайся с ней сам.»
— «Я и так начинаю переговоры с пониманием, что с меня сдерут три шкуры, верно? Старик Ром, ты ведь тоже подтвердишь ценность этой штуковины. Так что всё пройдёт как по маслу.»
Глядя на беззаботного Субару, старик Ром нахмурился, словно хотел что-то сказать. Вероятно, это было бы предостережение в духе: «не расслабляйся» или «не относись к переговорам легкомысленно». Но, видимо, решив, что читать нотации Субару, чьё лицо уже начало краснеть от выпитого алкоголя, бесполезно, он произнёс:
— «Ну, вообще-то, ты прав. Будь на её месте кто-то поскупее, с тебя бы не только это магическое устройство стребовали, но и ещё чего-нибудь сверху... Но Фельт не настолько испорченная.»
— «Нормально, нормально. Слушай, старик Ром, а у тебя нет еды получше? Какая-то отвратительная дрянь, такое чувство, будто объедки жую.»
— «Сам же без спроса влез в чужой ужин, а теперь ещё и жалуется. Ты становишься всё наглее.»
Субару недовольно ворчал, отправляя в рот нечто похожее на бобовую пасту с простенькой тарелки. От его изначального отвращения к выпивке не осталось и следа. Сейчас, пользуясь тем, что старик Ром исправно наполнял его пустеющий стакан, он неспешно потягивал алкоголь, закусывая этими самыми бобами.
— «Слушай, а для такой огромной туши тебе этого вообще хватает? Ты же не святым духом питаешься, или из тех, кто скажет: "была бы выпивка, а еда не нужна"?»
— «Ты что, не знаешь об экономичности великанов? Несмотря на свою боевую мощь, едим мы немного. Во времена бесконечных войн мы славились этим повсюду.»
Отвечая на простой вопрос Субару, лицо старика Рома стало суровым. Он поднёс ко рту бутылку, из которой только что наливал алкоголь в стакан, и, сделав глоток прямо из горла, добавил:
— «Из-за этого наша численность сильно сократилась. Да и в столице я других великанов не встречал.»
— «Ничего не едите, но такие сильные, круто. Обалденно... Сейчас стошнит.»
— «Эй, я тут с тоской о былом рассказываю, а ты так реагируешь.»
Нет ничего утомительнее, чем слушать, как кто-то жалуется на свои несчастья. Глядя на Субару, который заткнул уши и перебил его на полуслове, старик Ром оставил попытки продолжить рассказ и принялся за свои бобы. Так они и сидели в тишине, попивая выпивку и закусывая её невкусной бобовой пастой.
В дверь склада краденых вещей постучали особым условным стуком лишь тогда, когда солнце уже начало садиться. Задремавший было Субару поднял голову, а огромный старик Ром, среагировав на звук, на удивление проворно направился к двери. Приложив ухо к двери, которая на фоне его огромного тела казалась крошечной, старик Ром с серьёзным лицом прислушался к тому, что происходило снаружи, и произнёс:
— «Огромной крысе.»
— «Яд.»
— «Скелету.»
— «Волчью яму.»
— «Нашему благородному дракону.»
— «Дерьма кусок.»
На короткие реплики без промедления следовали ответы. Видимо, это был пароль и отзыв. Старик Ром с довольным видом снял засов с двери. Глядя на его спину, Субару мысленно обругал этот вульгарный пароль. А затем...
— «Заставила я тебя подождать, старик Ром. Противник оказался на удивление настырным. Пришлось повозиться, чтобы окончательно сбросить хвост.»
Дружелюбным тоном, словно хвастаясь своими успехами, произнесла девушка, проскользнув мимо старика Рома внутрь склада. Это была девушка с золотистыми волосами средней длины. У неё были красные, как у кролика, глаза, а из уголков губ выглядывали озорные клычки. Её миниатюрное тело было облачено в одежду, не стесняющую движений, или, если называть вещи своими именами, в откровенные лохмотья.
Хоть это и длилось всего мгновение, но Субару был уверен: это та самая девушка, на которую он наткнулся в переулке. Увидев знакомую девушку, Субару невольно вскочил. Услышав грохот стула, она заметила смотрящего на неё парня. Её улыбка мгновенно исчезла, уступив место подозрительному взгляду.
— «А? Это ещё кто? Эй, старик Ром, я же говорила никого не пускать, потому что несу крупный улов!»
— «Я понимаю твои чувства, но этот малец пришёл сюда именно к тебе, Фельт. Так что он здесь не просто так.»
Услышав ответ старика Рома, девушка по имени Фельт нахмурилась ещё сильнее. Судя по тому, как она невольно прижала руку к груди, украденный трофей находился именно там. Поймав на себе молчаливый взгляд Субару, Фельт беспокойно обернулась к старику Рому:
— «Что ему надо? Только не говори, что ты меня сдал.»
— «Я бы никогда так не поступил. К тому же, думаю, для тебя это тоже выгодное предложение.»
Старик Ром подмигнул и произнёс: «Верно?», ища поддержки. Испытав редкое чувство омерзения от вида подмигивающего деда, Субару слегка кивнул в знак согласия. А затем, тщательно подбирая слова для Фельт, которая всё ещё не спускала с него настороженных глаз, произнёс:
— «Для начала, давай успокоимся. Я не желаю тебе зла... блуээээээээээ!»
— подбирая слова, он всё же не справился с подступившей тошнотой и вывалил всё содержимое желудка наружу.
— «Аааааааааааааааааааааааа!!»
Внезапная тошнотворная выходка Субару заставила обоих закричать. Сам же Субару рухнул на колени, извергая всё наружу в мучительных спазмах. Янтарный цвет алкоголя смешался с цветом бобовой пасты, создавая просто отвратительный шедевр.
— «Какое ещё "выгодное предложение"?! Да это просто отвратительно!»
— «Кому тут отвратительно, так это мне! Мой ужин, который он сожрал без спроса, и выпивка! Выпивка-то дорогая была! Очень дорогая!»
— «Заткнитесь! Не орите! Голова и так раскалывается, а от вас ещё хуже! Как же тошнит! Реально тош... блуээээээээээ!»
— «Аааааааааааааааааааааааа!!»
Слабый дух Субару вновь сдался под натиском очередного приступа, и крики этих двоих эхом разнеслись по помещению. — Субару вывернуло наизнанку; затем ему пришлось убирать за собой извергнутую блевотину, проветривать помещение от мерзкого запаха, а старику Рому — выносить Субару строгий приговор: «Никакого алкоголя». Эта суматоха ещё долго разрывала вечерние сумерки трущоб. — Наступила ночь.
— «Что ж, давайте возьмём себя в руки и перейдём к переговорам!»
Хлопнув в ладоши, Субару попытался разрядить неловкую обстановку. Они переместились от стойки вглубь склада, за небольшой столик. У стойки всё ещё оставались следы и запах недавнего инцидента, из-за чего Фельт категорически отказалась вести переговоры на том месте. Сидя за столом, Фельт потягивала молоко из стакана, предложенного стариком Ромом. Настороженность в её красных глазах никуда не исчезла, а теперь к ней добавились ещё и изрядная доля недоверия и отвращения. Начало не предвещало ничего хорошего.
— «Не делай такое страшное лицо. Улыбнись! А то всё твоё милое личико портится.»
— «Хорош подлизываться, парень. Меня интересует только одно: принесёт твоё предложение деньги или нет. Давай без лишних слов перейдём к делу.»
Субару прижал палец к щеке, изо всех сил пытаясь казаться дружелюбным, но реакция Фельт была холодной и резкой. Даже в этом мире коммуникативные навыки Субару терпели крах за крахом. «Абсолютная сила одиночки» продолжала изолировать его даже сквозь миры.
— «Я думал, что оставил всё позади, но она единственная не желает меня отпускать. Хе-хе, вот ведь ирония судьбы. Не находишь?»
— «Эй, старик Ром, ты случайно не разбавил это молоко водой? Вкус какой-то странный.»
— «Один за другим... Я вам от чистого сердца угощение предлагаю, а вы всё жалуетесь: "невкусно, невкусно"...»
Фельт и старик Ром весело болтали, полностью игнорируя погрузившегося в свои мысли Субару. Субару откашлялся, снова привлекая к себе внимание:
— «Ладно, перейдём к переговорам. Так, Фельт... Эмблема у тебя?»
— «...Да, у меня.»
Субару сразу перешёл к сути дела, и Фельт ответила ему кратким, но честным подтверждением. Она сунула руку за пазуху, достала оттуда предмет и тихо положила его на стол.
— Эмблема, которую так отчаянно искал Субару. Это был значок с характерным дизайном в виде дракона. Размером он напоминал нашивку из его родного мира. Материал определить было сложно, но казалось, что он сделан из дорогого металла. Насколько мог судить Субару, дизайн представлял собой виверну, изображённую спереди. В самом центре эмблемы, прямо в пасти дракона, красовался красный драгоценный камень.
Красный камень в центре эмблемы слабо и мягко светился. Увидев это свечение, Субару невольно потерял дар речи. Старик Ром, оценивая эмблему, тоже замолчал и лишь задумчиво промычал.
— «Ну...»
Тишину нарушила Фельт, держащая эмблему. Дождавшись, пока её слова вернут их обоих в реальность, она пододвинула эмблему по столу в их сторону:
— «Теперь показывай свои карты. Эта эмблема — вещь тонкой работы, к тому же мне пришлось изрядно попотеть, чтобы её добыть. Будет здорово для нас обоих, если твоя ставка окажется ей под стать.»
— «Извини, что порчу твою зловещую ухмылку, с которой ты меня проверяешь, но у меня есть только один козырь. Как-никак, я самый настоящий голодранец!»
«Как обычно, стоит людям услышать "без гроша", так они сразу кривятся», — подумал Субару. Отбросив эти мысли, он, как и обещал, выложил свой самый сильный козырь. Увидев сотовый телефон, с хлопком опустившийся на стол, Фельт, как он и ожидал, озадаченно нахмурилась. Довольный тем, что её реакция была в точности такой же, как у старика Рома, Субару включил камеру на телефоне.
— «Вспышка Нацуки!!»
— «Ува, как слепит!»
Яркая вспышка, механический щелчок затвора, и изображение было зафиксировано. Фельт сделала недовольное лицо, явно собираясь пожаловаться на столь беспардонную съёмку, но не успела она открыть рот, как Субару ткнул ей в лицо экран телефона. Увидев на экране своё собственное изображение, девушка широко распахнула свои красные глаза.
— «Это же...»
— «Именно, это ты, Фельт! Это магическое устройство способно запечатлеть момент времени и сохранить изображение. Это мой единственный козырь. Я предлагаю обменять его на твою эмблему.»
Разыграв с самого начала свою сильнейшую карту, он собирался нахрапом перевести переговоры в свою пользу. Выбранная Субару тактика была классическим приёмом ведения переговоров. Мощным ходом, способным в некоторых случаях мгновенно решить их исход. Хотя, по сути, это было равносильно негласному заявлению, что более сильных карт у него нет, и Субару, по правде говоря, уже сам проболтался об этом вслух. Но...
— «Понятно, звучит круто. Слушай, старик Ром. А если продать это магическое устройство, сколько за него дадут?»
Взглянув на экран и покивав, Фельт отреагировала на удивление равнодушно. Её глаза не загорелись от восторга, и она даже не взяла телефон в руки. Её интересовали не столько его функции, сколько его денежная ценность.
— «Неужели даже в другом мире мужскую романтику способны понять лишь мужчины?! Это так?!»
— «Да не пищи ты, аж жалко смотреть. Сиди ровно, ты же вроде уверен в себе. Так что насчёт этого, старик Ром?»
Будь то её развязное поведение или, наоборот, странно мальчишеские манеры, спокойствие Фельт оставалось непоколебимым. Глядя на девушку, которая казалась на два-три года младше его, Субару так и хотелось преклониться и назвать её «старшей сестрой». Оставив в стороне мысли Субару, далёкого от настоящей мужественности, Фельт обратилась к стоящему рядом старику Рому, чтобы узнать ценность телефона. Она скользнула пальцем по краю телефона с таким видом, будто он её совершенно не интересовал, и спросила:
— «Как по мне, если эта штука... магическое устройство? Если оно стоит больше, чем эта эмблема с камнем, то я только за. В твоём глазомере я не сомневаюсь.»
— «Ну, сколько конкретно это будет в цифрах, представить трудно. У меня тоже нет опыта сбыта магических устройств. Но хоть эта эмблема и крайне ценная вещь, она всё же уступает магическому устройству. Иными словами, эта сделка будет для тебя весьма выгодной. Таково моё заключение.»
— «Вот как. Ну тогда, думаю, всё отлично.»
Заверения старика Рома явно подняли Фельт настроение. И хотя её реакция немного отличалась от ожидаемой, Субару тоже был доволен, ведь его главная цель была практически достигнута. Однако, когда он с облегчением потянулся за эмблемой, Фельт остановила его, бросив: «Погоди-ка».
— «Мы с тобой закончили обмениваться картами. Но я ещё не закончила набивать цену.»
— «...Когда тебе прямо заявляют, что собираются набивать цену, это как-то пугает. К тому же, если ты хочешь поднять ставку ещё выше, то я пас. Как-никак, я самый настоящий голодранец, равных которому не найти во всём мире!»
— «Да не такая уж я и злая. Раз уж старик всё так обрисовал, я признаю, что эта штука ценнее эмблемы. Хотя то, что у тебя больше нет никаких козырей, — это ложь.»
Фельт встала и посмотрела на сидящего Субару сверху вниз. В её красных глазах читался садистский блеск, и Субару оставалось лишь покрыться холодным потом от осознания того, что его раскусили. В качестве переговорного козыря он разыграл свой мобильный телефон, который должен был произвести наибольший эффект. Однако у него в запасе ещё оставалось несколько вещей, которых в этом мире точно не сыскать. Монеты в бумажнике, различные дисконтные карты — при грамотном подходе их тоже можно было на что-то обменять. В крайнем случае, даже спортивный костюм и кроссовки можно было превратить в деньги, если продать их как образцы неведомых технологий. Телефон был лишь самым крупным козырем, но у него ещё оставались припрятанные карты. Впрочем, они могли бы стать его стартовым капиталом для выживания в этом мире, поэтому без крайней нужды расставаться с ними он не собирался.
— Хоть это и были те карты, которые ему пришлось бы сбросить, скажи они, что телефона недостаточно.
— «Расслабься, я же сказала. Я не собираюсь трясти из тебя больше, чем нужно. Если эта вещь обернётся для меня хорошими деньгами, я буду довольна.»
— «Д-д-да я вообще? Не паникую? И вообще, я не совсем понимаю, о чём ты. Я же, я же разыграл все карты, что у меня были? Так что мне нечего боя... блуээээээээээ.»
— «Хватит так накручивать себя из-за пустяков! И не блюй! А то всю сделку отменю!»
От давления, которое Субару сам на себя оказал, его едва снова не стошнило, но он усилием воли проглотил подступивший ком обратно в желудок. Сделав победный жест кулаком после того, как он проглотил всё обратно, Субару заставил Фельт с отвращением на лице попятиться назад.
— «Слава богу, наружу ничего не вылезло... Если бы ты не принёс магическое устройство, я бы тебя точно вышвырнула отсюда на улицу прямо сейчас.»
— «Если уж на то пошло, я бы первый его вырубил и дело с концом.»
И они разразились громким, мужским хохотом. Терпя обжигающую боль в горле от желудочного сока, Субару тихо икнул и спросил:
— «Так что ты имела в виду, когда сказала, что набивание цены ещё не закончилось?»
— «А? Да всё просто. Ты не единственный, с кем я сегодня торгуюсь.»
Над головой Субару словно повис вопросительный знак. Отвечая на его немой вопрос, Фельт подняла палец и произнесла:
— «Я ведь украла эту эмблему не просто так, а по чьей-то просьбе. Договор был такой: в обмен на эту штуку мне заплатят десять святых золотых монет.»
— «Значит, у тебя был заказ на кражу?! Десять золотых... Я не очень шарю в здешних расценках, но...»
Он перевёл взгляд на старика Рома, и тот, поняв намёк Субару, кивнул:
— «За эту эмблему я бы смог выручить четыре-пять золотых монет. А если бы стали торговаться, то и все три.»
— «Получается, тебе предложили двойную цену.»
— «Нет, она же сказала про "святые золотые". В отличие от обычных золотых монет, которые ходят на рынке, святые золотые чеканятся из редкого святого золота. По стоимости одна такая монета равна почти двадцати обычным золотым.»
— «Больше, чем в четыре раза?!» — воскликнул Субару, чей мозг мгновенно сопоставил число двадцать с названными ранее пятью монетами, совершенно забыв умножить их на десяток.
— «А чему ты удивляешься? За твоё магическое устройство дадут как минимум двадцать святых золотых монет. А если попадётся какой-нибудь коллекционер, то и того больше. Тут даже сравнивать нечего.»
В мире, где цены всё ещё оставались для него загадкой, внезапно всплыла валюта, которая превосходила золотые монеты, которые он считал самыми ценными. А когда речь зашла о двадцати таких монетах, Субару оставалось только поражаться. Его мобильный телефон, в котором не было и десятка контактов, вдруг показался ему настоящим божественным артефактом. Он почти им не пользовался, поэтому выглядел телефон как новенький. Как же хорошо, что у него не было друзей.
— «Ладно, отложим эти утешительные мысли в сторону. Раз уж моя штука стоит больше, что ты скажешь своему заказчику?»
— «Я же говорю, буду набивать цену.»
Фельт скривила своё и без того дерзкое личико в злорадной усмешке:
— «Ты предложил безумно дорогую вещь. Если им так нужна эта эмблема, может, они согласятся добавить деньжат?»
— «...То есть, если они предложат больше двадцати святых золотых монет, то...»
— «Тебе придётся выложить все свои оставшиеся карты и поднять ставку, иначе сделка не состоится.»
Сказала Фельт с улыбкой, от которой веяло не просто злорадством, а чистейшим коварством. Почувствовав, что тучи начали сгущаться, Субару спросил:
— «И где же вы собирались встретиться с этим заказчиком? Меня хоть за стол переговоров пустят?»
— «Конечно. Если ты окажешься в невыгодном положении, это может ударить и по моему карману. А насчёт места встречи не переживай. Она пройдёт прямо здесь.»
Постучав пальцем по краю стола, Фельт откинулась на спинку стула и посмотрела на старика Рома. Поймав её взгляд снизу вверх, старик Ром поморщился:
— «Опять ты всё решаешь без моего ведома...»
— «Ну, согласись, когда ты рядом, большинство предпочитает не лезть в драку. Стоит только взглянуть на тебя, как всякое желание махать кулаками пропадает.»
Ища поддержки, Фельт посмотрела на Субару, и тот, бросив взгляд на старика Рома, согласно закивал: «Угу, угу». Почти двухметровый лысый старик с горой мышц. Учитывая, что он без труда одной рукой поднял почти семидесятикилограммового Субару, вариант с тем, что эти мышцы только для вида, отпадал сам собой. Субару уже давно сделал вывод, что если дело дойдёт до драки, у него не будет ни малейшего шанса. Сам же старик Ром, похоже, был польщён подобной оценкой.
— «Ну что с вами поделать. Без меня вы как без рук. Ох уж эта молодёжь... Ещё молока налить? У меня и немного сладостей найдётся.»
Он превратился в типичного глупого дедушку, который души не чает во внучке. Фельт сидела с полным стаканом молока, который до краёв наполнил пребывающий в прекрасном расположении духа старик Ром. Глядя на неё, Субару с тяжёлым вздохом произнёс:
— «Раз уж ты с самого начала назначила встречу здесь, значит, собиралась торговаться с заказчиком даже без моего участия?»
— «Естественно. Думаешь, легко было это стащить? К тому же, я хрупкая и слабая девушка. Что если я пойду одна, а меня обманут и кинут на деньги? Обидно же будет.»
— «Хрупкая и слабая, да...»
Судя по миниатюрному и хрупкому телосложению Фельт, это определение вполне ей подходило. Но, испытав на себе всю силу её духа и наглости, язык не поворачивался назвать её «хрупкой». А если вспомнить, что в процессе кражи этой эмблемы она уже успела однажды бросить Субару на грани жизни и смерти, то мысли о её слабости и вовсе начинали выводить из себя.
— «Слушай, а ты часом меня не помнишь?»
— «А? Мы где-то виделись? Да и вообще, если встреча была не особо яркой, я таких вещей не запоминаю, мне и так есть чем заняться. К тому же ты выглядишь довольно непримечательно.»
— «У тебя только цвет волос и одежда выделяются», — заливисто рассмеялась Фельт. Её искренность вкупе с оскорблением его заурядной внешности повергли Субару в шок. Возможно, в этом мире человечности просто не существует. То, с какой лёгкостью она забыла сцену ограбления в переулке, было тому подтверждением. Но с другой стороны, была же Сателла, которая спасла его, хотя ей это было совершенно невыгодно. Был старик Ром, который не вышвырнул Субару на улицу даже после того, как тот облевал весь пол. Так что судить было сложно. В другом мире, как и везде, всё зависело от человека. Делать выводы только по плохому — не самая лучшая идея.
— «Ладно, бог с ней, с твоей ужасной памятью. Так когда придёт твой заказчик?»
— «Как-то раздражающе ты это сказал... Я обещала закончить дело до заката, так что мы договорились встретиться здесь после того, как сядет солнце... Оно уже зашло, значит, скоро должна прийти.»
Похоже, фраза «скоро должна прийти» сработала как триггер. Внезапно по складу эхом разнеслись два резких удара в дверь. Троица переглянулась. Старик Ром спросил у Фельт: «Пароль?», на что та ответила:
— «А, я ей не сказала. Наверное, это мой клиент. Сейчас проверю.»
Вскочив с места, Фельт направилась ко входу. Глядя на то, как уверенно она хозяйничала в чужом доме, Субару пожал плечами и бросил на старика Рома взгляд, который так и кричал: «Это нормально?».
— «Мы с ней не чужие люди. Знакомы уже давно... Побуду для неё кем-то вроде вышибалы.»
Старичок, казалось, был только рад тому, что на него полагаются. Он бодро притащил из глубины склада дубинку. Длиной она была примерно с синай, сделана, скорее всего, из дерева. Однако на её конце торчали шипы, и с первого взгляда было ясно: один такой удар станет смертельным.
— «Бита с гвоздями, ну или что-то в этом духе... Похоже, даже в другом мире дубинка — это стандартная экипировка...»
Выдать герою пятьдесят золотых и кипарисовую палку — это ведь классика РПГ. «Внешне полностью соответствует моим ожиданиям», — саркастично оценив оружие старика Рома, подумал Субару, когда Фельт вернулась со странной, неестественно вежливой улыбкой.
— «Это и правда был мой клиент. Сюда, присядете?»
Сделав Субару недвусмысленный жест рукой, чтобы тот освободил место, она направила всю свою любезность на гостя, стоящего позади. «Так вот он, этот заказчик», — подумал Субару, с лёгким напряжением разглядывая посетителя. И тут же удивился. Ведь тем, кого привела Фельт, оказалась невероятно красивая женщина.
Она была высокой, примерно одного роста с Субару, на вид ей было слегка за двадцать. Черты её лица и слегка опущенные уголки глаз придавали ей мягкий, спокойный вид. Болезненно-бледная кожа чётко выделялась даже в полумраке склада. Она носила чёрный плащ, но, поскольку он был распахнут, под ним виднелся плотно облегающий фигуру наряд того же цвета. Несмотря на стройность, её формы были весьма выдающимися. А ещё, как и у Субару, у неё были чёрные волосы, что в этом мире считалось редкостью. Её длинные волосы спускались ниже спины и были собраны в косу, кончик которой она игриво накручивала на палец.
Это была взрослая женщина, источающая какую-то мистическую, завораживающую ауру. Редкий тип девушек, с которым у Субару никогда не было ничего общего, да и опыта общения с подобными особами у него практически не имелось. Проще говоря, он не мог не занервничать.
Подавленный её психологическим превосходством, Субару инстинктивно уступил место Фельт. Фельт уселась на освободившийся стул. Слева от неё встал старик Ром с дубинкой наперевес, а справа — не сумевший скрыть волнение Субару. Несмотря на столь суровый приём, женщина, казалось, ничуть не смутилась. Склонив голову набок, она произнесла:
— «Мне кажется, здесь многовато посторонних.»
— «Просто не хочу, чтобы меня кинули на деньги. Это такая мудрость слабых. Эй, Субару, принеси выпить.»
Подчинившись жесту Фельт, которая помыкала им, Субару, так и не найдя слов для возражения и находясь под давлением атмосферы, выполнил её просьбу. Выбрав относительно чистые стаканы, он налил в них молоко и поставил перед девушками. Женщина тихо поблагодарила подавшего напитки Субару: «Спасибо», а затем, смерив его оценивающим взглядом, спросила:
— «С этим пожилым господином всё понятно, но кто этот юноша?»
Должно быть, по его поведению и ауре она сразу поняла, что он явно не в своей тарелке. На искренний вопрос женщины Фельт ответила коварной ухмылкой, словно собираясь перейти прямо к делу:
— «Этот парень — ваша конкуренция. Мой второй покупатель.»
И с этими словами она, как и обещала, начала набивать цену.